Это
почти достойный поступок. Отказаться о последней фееричной ночи и,
бескомпромиссной в своих молодых воззрениях, закоснелой тусовки УрГУ в пользу
100 страниц Керуака. Почти выжженного дифтерийной лихорадкой, но безустанно
повествующего о дороге. Меня почти отбросило в самую далекую и свирепую ярость
на 60страничном финише книги, потому, что посчитала ее вековым мыльным пузырем,
без правды и даже без обмана – а значит полной бессмыслицей. Однако Джек Керуак
хитер как Дэниэлс. Вставляет по мозгам в самом конце, когда топит в стакане лед
уже сам тропик Рака. Финал молотит и испещряет, доставляя большое удовольствие
еще большему – нашему гедонизму.
Аллилуйя,
- вздымала руки жаркая июльская ночь.
Аллилуйя, - говорю я холодному
синтетическому пиву.
Ровно
два часа до поезда. Я использовала свои возможности передвижения и приблизилась
к вокзалу как можно ближе. Сейчас я у самых добродушных друзей. В душной
квартире 8 этажа, вглядываясь в мерцание желтых светофоров, не пропуская ни
единого звука – в ожидании своего «ту-ту». Да, да. Это, возможно, станет
последней дальней поездкой этого великого года. Года, в котором исчезали люди,
чувства и время. Года, в котором было все. И все это было в дороге.
